«Новое купечество»: зачем гендиру знать историю семьи

«Новое купечество»: зачем гендиру знать историю семьи

Статья журнала Генеральный Директор о том, как руководители узнают историю семьи, составляют генеалогическое древо. 

Для человека важно твердо стоять на ногах, сформировав фундамент — слаженную систему целей и ценностей.
Генеалогическое исследование — это «меморандум личности», который четко описывает последовательность событий и цепочку людей, благодаря которым человек оказался в данных реалиях, а также обладает тем или иным взглядом на мир.
Взаимосвязь двух этих составляющих задает как контекст, так и вектор развития, что говорит в пользу изучения семейной истории.

«Два прадеда были бухгалтерами, еще один предок — главой региональной таможни»

Юрий Шарипов, директор ООО «НЭКО», занялся генеалогическими исследованиями после окончания института, в середине 1990-х. На этот же период пришелся расцвет такой науки, как генеалогия, в России. Тогда же Шарипову на глаза попался сайт Михаила Крутихина «Поиск пропавших предков».

3

месяца - минимальный срок
составления родословной

Шарипов познакомился с ведущими генеалогами страны. Из разговора с ними он понял: изучать историю семьи — посильная задача.
«Мой родной дед Шарипов Анатолий Иванович погиб в 1947 году, когда отцу было 2,5 года. От предка осталась одна фотокарточка и несколько фактов. У него было еще три сестры, чьих имен никто не помнил. На Дальний Восток, где дед познакомился с бабушкой, где он служил в милиции и где родился отец, он попал из Казахстана», — вспоминает Юрий.

«Первой удачей было отыскать личное дело деда. Его я нашел в архиве областного УВД, на Дальнем Востоке. Судя по документам, Анатолий Иванович был коренным сибиряком родом из села Кежма Красноярского края. Незадолго до революции семья уехала в Красноярск, затем — в Ачинск, а уже потом — в Казахстан. Из послужного списка деда я узнал, что в 1930-х предок был заместителем председателя профсоюза финансово-банковских работников Восточно-Казахстанской области».
Дальнейшие поиски затормозились почти на 10 лет. Проблемой оказалось найти метрические книги Кежмы конца XIX — начала XX веков.

 

Они обнаружились в ЗАГСе города Кодинска. Поэтому в 2006 году Юрий поехал на родину деда, на Ангару. Двое суток на поезде до Красноярска, сутки — до Карабулы, пять часов на «пазике» до Кодинска, два часа на вертолете до Кежмы.
Сейчас Кежмы уже нет: она затоплена и находится на дне Богучанского водохранилища.
«То, что мне посчастливилось побывать на родине предков, считаю главным успехом, — делится Юрий.В— В поездке удалось поработать с метрическими книгами и узнать имена родителей деда, его сестер, а также ближайшей родни. В Красноярске я обнаружил дальних родственников, у которых сохранился фотоархив. Нашлись карточки прадеда и прапрадеда, который был купцом и занимался торговлей в Енисейском уезде».

Неожиданно для себя Юрий Шарипов узнал, что два его прадеда в 1920–1930-х работали бухгалтерами. Один из предков, Василий Иванович
Ростовщиков, в середине XVII века являлся головой Якутской таможни, а его сыновья — известными Соликамскими солепромышленниками
и ближайшими сподвижниками Строгановых.

«Смотрю на занятие бизнесом сквозь призму истории»

Основными документами для генеалогического исследования являются:

  • церковные метрические книги, где фиксировались рождение, бракосочетание и смерть прихожан;
  • исповедные росписи, то есть посемейные списки прихожан;
  • ревизские сказки, или переписи населения.

 

При удачном стечении
обстоятельств генеалогическое
исследование можно детально
довести до 1620-х годов

Все эти книги хранятся в архивах. При удачном стечении обстоятельств — хорошая сохранность списков и постоянное проживание предков на одной территории — генеалогическое исследование можно детально довести до 1620-х годов. Большой московский пожар 1626 года уничтожил
подавляющую часть более ранних документов.

Попасть в архив может любой желающий, предъявив паспорт и заполнив анкету. Но неподготовленному человеку, впервые попавшему в читальный зал, приходится сложно. Архив — это не библиотека и не всегда нужное дело имеет понятный заголовок. Трудности возникают и с прочтением рукописных текстов XVII–XVIII веков. По словам Юрия Шарипова, даже историки не всегда могут расшифровать грамоты середины XVII века.

Кроме того, в некоторых архивах запрещено фотографировать документы, — за это лишают читательского билета. К радости желающих разобраться в генеалогического древе, архивы начали оцифровывать фонды. Некоторые открыли интернет-доступ к оцифрованным документам. Однако многие до сих пор работают по старинке, и чтобы изучить даже оцифрованное дело,нужно ехать в архив и просматривать его на компьютере читального зала.

 

    32 

млн руб. - стоимость самого 
дорогого исследования в МГЦ

 

«Занятие генеалогией позволило по-иному посмотреть на исторические события, посмотреть на них сквозь призму семейной истории, — признается Юрий Шарипов».

«Одни предки были в числе первых русских поселенцев на Урале и в Сибири,другие во время войны с Наполеоном жили под Малоярославцем — в тех деревнях и селах, где партизанил Денис Давыдов, многие погибли в 1812 году. Даже на выбор собственной профессии и занятие бизнесом я уже смотрю, проводя параллели с судьбами предков», — резюмирует Юрий.

 


Артем Маратканов: руководители готовы платить от 7 млн рублей

Генеральный директор Международного генеалогического центра, Москва

 

Занятие генеалогией, безусловно, требует времени. Если нет возможности самому работать с документами в архиве, можно найти специалиста, который будет готов помочь в этом за вознаграждение.

Наша целевая аудитория — высокообеспеченные люди, они очень редко смотрят телевизор, практически не читают развлекательную прессу — не хватает времени. Однако готовы при этом платить от 7 млн рублей за комплексное восстановление истории рода.

Искать корни становится модно, аудитория компании постепенно «омолаживается»: если раньше это были бизнесмены и чиновники старше 50–55 лет, то сегодня — представители поколений X и даже Y.

Кстати, порой навести порядок в собранных клиентом сведениях даже сложнее, чем начинать восстановление истории рода с нуля.

 


Виктория Салтыкова: генеалогическое исследование — фактор формирования идентичности бизнесмена

Основатель и руководитель «Проекта Жизнь», Москва

 

Мы проводим глубокое архивное исследование, взаимодействуем с живущими родственниками и изучаем домашние архивы, чтобы создать максимально исчерпывающую картину истории происхождения семьи вплоть до 1620 года.

Другая грань, сопутствующая генеалогическим поискам, — ДНК-исследование и расшифровка этнической принадлежности. Это не только
возможность узнать этнос, но и найти родных по совпадениям в базах данных генетических компаний по всему миру.

Составление генеалогического древа занимает более трех месяцев и позволяет предоставить данные о более чем 450 персонах, каждый из которых обладает индивидуальной историей жизни. Осознание корней, конечно же, очень личная тема, но с психологической точки зрения генеалогическое исследование является важным фактором при формировании идентичности. И в этом заключается его ценность для людей, занимающих управляющие должности в бизнесе.

 


Наталья Жолудева: способ превратить наследство в наследие

Клинический психолог

 

Человек, достигший определенного уровня благосостояния, задумывается о том, чтобы узнать как можно больше о предках, построить фамильное древо, заказывает для себя фамильные гербы.

Генеалогия на подъеме, потому что, во-первых, это актуально для страны, пережившей, как минимум, два слома государственной системы за одну
человеческую жизнь, пережившей две мировые войны и революцию, прошедшей через безобразное обращение с архивами и с человеческой памятью. Ведь порой сама память о предках была смертельно опасна.

Генеалогическое древо не зря так называется: прошлое, настоящее и будущее сходятся в одной вертикали.

Человеку предельно важно знать, откуда он пришел, на кого из предков похож,. Ччьи черты характера и внешности в нем преобладают, что он передаст в будущее, своим детям и внукам. Чем глубже и разветвленные корни этого древа, тем устойчивее человек ощущает себя, тем прочнее стоит на ногах, надежнее ощущает себя на этой земле.

Знание рода, предков — это еще и некое переживание бессмертия, потому что вот они — корни, из которых я вырос, и я не один, я часть чего-то большего. И вот мои дети, племянники, внуки — продолжение меня, семьи, а значит, смерть не властна над нами.

Генеалогическое древо, герб, книга рода, которые передаются детям, — это способ оставить им не только деньги, но и память, превратить наследство в наследие

 


Компании, упомянутые в статье

Международный генеалогический центр (МГЦ)

Сфера деятельности: авторские исследования в сфере генеалогии. Общая стоимость реализованных услуг - 400 млн рублей.Средняя стоимость комплексного генеалогического исследования - 12 млн. Самое дорогое исследование - 32 млн.

«Проект Жизнь»

Сфера деятельности: центр восстановления истории семьи. Реализует более 100 исследований в год на территории 13 стран. Генеалогическая экспертиза начала XIX - XX веков - 240 тыс руб. Исследования начала XVII - XVIII веков - 900 тыс.